Снос фавел в Рио-де-Жанейр, много фото

Я живу в Бразилии 6 лет и расскажу о 10 любопытных вещах, с которыми здесь столкнулась

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

Привет всем! Я Татьяна, мне 37 лет. Всего 6 лет назад я переехала из Санкт-Петербурга в солнечную Бразилию, в Рио-де-Жанейро, где живу с мужем-бразильцем и двумя детьми. Раньше я мало что знала об этой стране, кроме того что здесь обожают футбол и снимают сериалы, а теперь и сама могу во всех подробностях рассказать о буднях и привычках местных жителей и веду свой блог о жизни в Бразилии.

Специально для AdMe.ru я проведу небольшую экскурсию по стране и расскажу, чем живут и дышат бразильцы.

1. У бразильцев свои представления о стиле и красоте

Эталон женской привлекательности в Бразилии — это загорелая красотка с формами и тонкой талией. Девушки предпочитают минимализм в одежде (еще бы: такая жара!): короткая юбка или шорты, едва прикрывающие ягодицы, топ, похожий на верх от бикини либо с полностью открытой спиной, обтягивающие лосины. По поводу фигуры здесь никто не комплексует, и даже если девушка носит plus size, то вряд ли она откажется от облегающих легинсов. И конечно, шлепки Havaianas: в них здесь ходят все, от мала до велика, и надевают их и в ресторан, и на работу, и на пляж, и на прогулку.

А вот некоторые бьюти-привычки местных весьма специфичны. Пожалуй, самый сногсшибательный вопрос, который мне здесь задавали, звучал так: «А ты красишь волосы на руках?» Оказалось, что здесь модно не удалять, а осветлять волоски на руках и ногах.

Бразильцы очень щепетильно ухаживают за зубами. Ни у одного не видела желтых зубов: они чистят их буквально после каждого приема пищи, а в ресторанах часто можно увидеть зубную нить, жидкость для полоскания рта и другие средства гигиены.

2. В карнавале может принять участие любой желающий

Карнавал — это одна из визитных карточек Бразилии. Некоторые местные жители стремятся в эти дни уехать в путешествие, тем более что во время карнавала все отдыхают. Но большинство населения (особенно из бедных кварталов) обожает карнавал: к нему готовятся весь год и репетируют.

Основное действо происходит на самбодроме. В обычные дни это ничем не примечательная улица, где ездят машины, а в дни карнавала ее перекрывают — и она превращается в стадион. В карнавале участвуют многочисленные школы самбы, для него готовятся невероятные костюмы, все танцуют и поют: настоящий праздник жизни и буквально событие года в стране. Конечно, когда я увидела это впервые, то осталась под огромным впечатлением. А вскоре узнала, что принять участие в карнавале может буквально любой желающий: достаточно купить костюм.

Так этой зимой исполнилась моя мечта: я приняла участие в карнавальном шествии на самбодроме в Рио-де-Жанейро! Мы ехали на очень классной машине с декорациями, держась за столб, чтобы не упасть, а еще при этом умудрялись танцевать. За костюм и участие в карнавале я заплатила $ 130, а вот впечатления, как мне кажется, бесценны.

3. В Бразилии очень сильный контраст в уровне жизни

В трущобах (фавелах) и в бедных кварталах Рио-де-Жанейро живет большая часть населения города. Представители среднего класса и очень обеспеченные люди занимают дорогие кондоминиумы. Это как 2 разных мира, 2 планеты. Отличается абсолютно все: здания и постройки, люди и их образ жизни, ценности, внешний вид, манера общения, привычки, культура.

Фавелы состоят из 2—3-этажных хаотично построенных домиков. Здесь грязно, прямо над головой в узких улочках свисают провода, все стены изрисованы граффити. Большинство жителей фавел даже не окончили школу, процветает криминал. Государство старается помогать жителям и выплачивает пособия, предоставляет льготы.

По другую сторону от фавел возвышаются элитные и комфортабельные дома. Кондоминиум — это несколько многоэтажных домов, объединенных общим забором с охраной. Внутри есть бассейн, детская площадка, зал для праздников и разные дополнительные удобства вроде кинотеатра, салона красоты, тренажерного зала и т. д. в зависимости от стоимости жилья. На территории много зелени и пальм, во многих комплексах есть свои магазины, аптеки и супермаркеты — можно и не выходить в город. Здесь живут образованные люди: инженеры, юристы, врачи, актеры и другие представители шоу-бизнеса.

Выбраться из фавел очень и очень непросто, но возможно. Для этого необходимо получить образование и много работать. Здесь встречаются разные люди и судьбы, некоторые трудятся на нескольких работах и стараются дать своим детям образование. Но, увы, далеко не все жители фавел готовы менять свою жизнь. Многие даже не хотят трудиться: они привыкли к такому образу жизни и их все устраивает.

4. Практически во всех семьях с достатком есть домработница

Почти что весь обслуживающий персонал кондоминиумов — это жители бедных кварталов. Во многих семьях среднего класса есть своя домработница, которая приходит 1–2 раза в неделю и помогает с уборкой. Если девушка работает на семью чаще 2 раз в неделю, то ее обязаны устроить официально. Получить место в такой семье непросто, это большая удача для людей из фавел. Но вот парадокс: найти хорошую няню или помощницу по дому тоже очень нелегко — многим попросту лень работать.

Когда я искала нам помощницу по дому, то столкнулась с этой проблемой сама. Одна девушка могла просто не выйти на работу, а если и убиралась, то очень плохо. Другой не понравилось убираться в моем присутствии, и она придумала тысячу причин, почему не может трудиться. Третья обиделась, когда я попросила ее перенести уборку на другой день из-за того, что она пришла к нам с температурой, в то время как в доме был новорожденный ребенок. И лишь спустя несколько месяцев я наконец нашла ответственную женщину, которая хорошо справляется со своими обязанностями и никуда не исчезает.

5. В +20 °C здесь носят шапки и куртки

Самый холодный месяц в Бразилии — июль. Ну как холодный: в Рио температура колеблется от +17 °C ночью до +20 °C днем, к тому же пасмурно и дождливо. Однажды в лифте я встретила соседку, которая сокрушалась по поводу ужасного похолодания: она была одета в куртку, сапоги и укутана в теплый шарф. Градусник с утра показывал +18 °C: такие они тепличные, эти бразильцы!

Забавно, что даже если температура воздуха поднимется до +30 °C, то на пляже все равно будет пусто: зима есть зима. На улицах гуляет меньше людей, в магазинах продаются теплые куртки, пальто и даже шапки. Мне же местная зима даже нравится, я жду ее с нетерпением: удушающая жара исчезает, можно краситься без риска тут же «потерять лицо», наслаждаться природой и прогулками.

Стоит отметить, что на юге страны, ближе к Аргентине, зима действительно бывает достаточно холодной: температура может опуститься до −5 °C и даже встречается снег.

6. В некоторые кинотеатры можно ходить с маленькими детьми

Такая возможность появилась несколько лет назад, когда молодые мамы в Сан-Паулу договорились на интернет-форуме организованно сходить в кино на дневной сеанс вместе с младенцами. Вскоре появилась организация, которая стала проводить в некоторых кинотеатрах показы фильмов для мам и пап с детьми до 18 месяцев. Показывают разные фильмы из текущего репертуара, а спонсорами таких киносеансов обычно являются производители детских товаров.

Выглядит это так: кинотеатр полон мам с младенцами, взрослые смотрят фильм, а малыши могут плакать, бегать по кинозалу, ползать, кричать, играть. Часто бывает, что один малыш заплачет — и подхватывают остальные. На полу перед экраном лежит детский коврик с игрушками, сбоку стоит пеленальный столик с подгузниками и влажными салфетками.

7. В Бразилии нет поездов

Это странно, но в такой большой стране, как Бразилия, нет междугородних поездов. Расстояния между городами довольно большие, но передвигаться по стране можно только на машине, автобусе или самолете. Удобнее всего (и совсем не дешево) летать на самолетах, что немногие могут себе позволить.

А посмотреть есть на что: множество национальных парков, водопады Игуасу, каньоны Камбара-ду-Сул и многое другое. Если соберетесь путешествовать по стране, учтите, что необходимо хотя бы минимальное знание португальского языка: большинство бразильцев не говорит по-английски.

8. Теплые объятия и для друзей, и для незнакомцев

У бразильцев есть одна привычка, к которой я никак не могу привыкнуть: при встрече и прощании они обязательно целуются в обе щеки. Причем этот ритуал повторяется и с друзьями, и с теми, кого ты видишь впервые. Целуются и мужчины, и женщины: для них это всего лишь теплое приветствие, никто не видит в этом ничего плохого. Бразильцы обожают эту церемонию, которая может длиться несколько минут, пока не перецелуют человек 20–30, произнося: Prazer, то есть «приятно познакомиться».

9. О некоторых особенностях быта

  • Жители Рио привыкли к расслабленному темпу жизни. Например, купили вы стиральную машинку и заказали доставку. Вам могут ее не привезти и даже не предупредить об этом — и такое здесь в порядке вещей. Если вы решили сделать ремонт дома, то оговоренные с работниками сроки нужно увеличивать раза в 2–3, да и качество, скорее всего, будет хромать. На юге страны ситуация отличается: здесь люди куда более ответственны.
  • В Бразилии практически невозможно вернуть товары обратно в магазин. При покупке чего-либо в магазине (одежды, обуви, сумки, техники и т. д.) впоследствии отдать его обратно и получить деньги очень непросто, многие магазины отказываются это делать. Зато легко обменять товар на аналогичный в том же магазине в течение месяца.
  • На кухне не бывает горячей воды. Вода тут, конечно, не ледяная, как в России, но ощущение недомытости все равно остается. Выручает посудомоечная машина.
  • Дорогой и нестабильный интернет. Бывает такое, что несколько дней подряд домашний интернет не работает, особенно если за окном гроза или дождь.
  • В напитки кладут огромное количество льда. Всегда! Все напитки тут пьют не просто холодными, а ледяными. Фильтры устанавливают с двумя кранами: для воды комнатной температуры и для ледяной воды.

10. Все и вправду обожают футбол. И серфинг

Футбол любят все жители без исключения: смотрят все матчи, гордятся своей командой, а футболисты тут — национальные герои. Жизнь на время крупных соревнований выходит из обычного русла, все внимание сосредоточено на футболе. За пару часов до игры национальной сборной бразильцы надевают на себя и на детей желтые футболки, достают атрибутику и прилипают к экранам, причем неважно, где именно это происходит: в больнице, такси, закусочной или просто в ларьке на улице.

В некоторых компаниях сотрудникам предоставляют выходной день, если важный матч выпадает на рабочее время. В футбол играют все: и жители фавел (кстати, многие известные футболисты выросли в них), и представители среднего класса.

Есть еще один любимый вид спорта — это серфинг. Я бы даже сказала, что он не менее популярен, чем футбол: на пляже можно встретить множество людей, покоряющих волны. Вот такая спортивная нация!

Жизнь в фавелах Рио-де-Жанейро (15 фото)

Центральные районы Рио-де-Жанейро, сверкающие новыми зданиями и отгороженные от бедных кварталов города заборами и охраной, скрывают от глаз туристов самую главную проблему. Этой проблемой являются местные трущобы (фавелы), в которых проживает немало людей. Далее предлагаем в очередной раз заглянуть в бразильские фавелы, чтобы взглянуть на местные «дома», а также узнать о жизни здешних обывателей.

Примерно так выглядит типичная бразильская фавела, вернее — малая ее часть. Фавелы есть почти во всех крупных городах Бразилии, но больше всего их в Рио и в Сан-Паулу.

Район Мангуэйра расположен менее чем в километре от стадиона «Маракана», где проходила церемония открытия Игр. По словам местных жителей, они никак не выиграли от Олимпиады — большая городская «уборка» до района так и не добралась.

В фавелах живет примерно 22 процента населения Рио-де-Жанейро, или около 1,4 миллиона человек. Разваливающиеся дома, отсутствие инфраструктуры, недоступность медицинского обслуживания и образовательных учреждений, преступность — все это реалии бразильских трущоб.

На фото — девушка, идущая на одно из олимпийских мероприятий. Билет ей подарили — большинство жителей фавел не могут себе позволить посещение спортивных событий, тем более в рамках Олимпиады-2016 — билеты слишком дорогие.

Расположенные в трущобах дома чаще всего не имеют водоснабжения. Люди моют посуду на улицах, просто поливая ее из лежащих на земле шлангов.

Совсем немного другой, нетрущобной жизни привнесли в фавелы приехавшие на Олимпиаду туристы — отелей, особенно недорогих, в приличных районах Рио не хватает, поэтому непритязательные гости стали селиться в трущобах. Во многих фавелах за последние годы открылись хостелы.

В иных зданиях фавел люди живут сотнями, поэтому о чистоте и порядке и речи быть не может.

Читайте также:  Аэропорты Индии, весь список и описание

На фото — мужчина, заходящий в свою квартиру в районе Мангуэйра. Район давно планировалось снести, на его месте должны были построить парковку для посетителей стадиона «Маракана», но, как говорится, «что-то пошло не так».

Живущие в трущобах люди одеваются, как не сложно догадаться, довольно бедно. Но, несмотря на отсутствие воды (и уж тем более — стиральных машин) в домах, одежду здесь все-таки стирают, вывешивая чистое белье прямо на улицу.

Власти Рио-де-Жанейро приложили немало усилий, чтобы побороть преступность в фавелах в преддверии Олимпиады, но в некоторых трущобах — в частности, в Бабилонии, находящейся недалеко от «олимпийского» пляжа Копакабана — бесчинствует наркомафия, и находиться здесь опасно не только обычным людям, но и полицейским.

Одна из беднейших трущоб находится прямо возле трассы, соединяющей международный аэропорт Рио-де-Жанейро с центральными районами мегаполиса. Говорят, что шумозащитные щиты, установленные вдоль дороги, специально заклеили рекламными плакатами — так, чтобы туристы не заметили нищеты олимпийского города.

Большинство жителей фавел видят олимпийские события только по телевизору. Тем не менее, они болеют за спортсменов даже в обычной парикмахерской.

В закоулках фавел постоянно горит мусор — девать отходы просто некуда, их никто не вывозит, поэтому жителям трущоб приходится сжигать их самостоятельно.

Часть отходов просто сбрасывают в городские каналы, и это никого не смущает.

Городские власти планировали реорганизовать фавелы к 2020 году, но пока большую часть плана выполнить не удалось. Обитатели трущоб говорят, что Олимпиада не изменила их жизнь к лучшему, но все равно гордятся тем, что они — настоящие хозяева олимпийского Рио.

Репортаж из фавел Рио.
Неолимпийские деревни

Дмитрий ЗЕЛЕНОВ
из Рио-де-Жанейро

П ятница. Час ночи. В фавеле Павау, разделяющей два самых популярных пляжа Рио – Копакабану и Ипанему – самый разгар вечеринки. Извилистая улочка, которая здесь гордо зовется эстрадой (ширина позволяет проехать мотоциклу), заполнена людьми. Компании плавно перетекают от одного бара к другому, смешиваясь и разделяясь. Бар – это вырубленное в стене окно, заставленное бутылками и оборудованное динамиками, из которых обязательно играет фанк. Другой музыки в фавелах не слушают в принципе. Под дешевую кашасу (ее берут люди постарше) и кое-что другое идет шумный веселый разговор.

Никто не удивляется, когда сквозь толпу вальяжно проходят двое парней с винтовками. В темноте мне кажется, что это братья-близнецы Неймара. Худые, скуластые, на головах модные кепки с прямыми козырьками. Бразильские приятели, позвавшие меня на вечеринку, шепчут, чтобы я не пугался, но и не таращился. Поясняют, что это бойцы бригады Команду Вермелью, которые следят здесь за порядком. Своего рода ночная полиция, только наоборот.

В шестидесятые Команду Вермелью (“Красная команда”) начинала как левая оппозиционная группировка, но вскоре стала крупнейшей бразильской бандой, контролирующей наркотрафик – обычная история для Латинской Америки. Десятилетия войн с полицией и такими же бандитами сильно потрепали КВ, из многих районов ее выбили, но вот же парадокс – в ближайшей к популярным пляжам фавеле ее позиции все еще крепки.

В Павау (а также ее спутниках Паваужинью и Кантагалу) живет примерно 5 тысяч человек. Так называемая миротворческая полиция ( UPP ), специализирующаяся на борьбе с организованной преступностью, зашла сюда в 2009 году. В 2011-м операция завершилась, в фавеле появилось шестиэтажное здание UPP . Его поставили рядом с блоками социального жилья, куда переселили семьи из самых ветхих лачуг, спортивным залом и библиотекой. Этот комплекс – оплот государственной власти. Правда, приходя с утра на работу, полицейские нередко видят на стенах свежие граффити – “Смерть UPP ”. Надписи закрашивают. Потом сверху появляются новые. И так – постоянно.

По лабиринтам фавелы можно гулять бесконечно, но если следовать по основным улицам, то всю ее реально обойти минут за сорок. Удивительно при этом, что даже такое небольшое пространство делится на опасные и безопасные районы. Где заканчивается один и начинается другой, понять трудно, хотя есть подсказка в виде дежурных подростков с рациями, которые передают наверх, если видят полицию или кого-то подозрительного. Когда я проходил мимо одного из таких часовых, услышал краем уха, как он говорит в микрофон что-то про гринго – белого человека.

Есть мнение, что во время мегасобытий – чемпионата мира и Олимпиады – наркоторговцы и полиция заключают неписаное соглашение. Первые следят за тем, чтобы грабители не трясли туристов, вторые не мешают первым вести свой бизнес. Местные говорят, что все это очень условно, потому что, во-первых, иерархия наркокартелей достаточно ветвиста, а во-вторых, всегда найдутся отморозки вроде Малыша Зе из фильма “Город Бога”, которые плевали на любые договоренности. Но все-таки правило более или менее действует. Хрестоматийные истории про то, как сами же бандиты вершат правосудие над нарушителями (популярная казнь – упаковать в автомобильные покрышки и поджечь), – хороший барьер. Потому, когда боссам Павау передали по рации про гринго, я не занервничал, а, наоборот, успокоился. Отныне я – в списках.

Считать, что фавелы – гнусное место, сплошь населенное бандитами, самый распространенный и, конечно же, ошибочный стереотип о Рио. Хотя бы потому, что по последним подсчетам в фавелах проживает 23 – 24% населения города. Сегодня больше половины обитателей фавел являются представителями бразильского среднего класса. Иными словами, сами по себе фавелы (а их в Рио – одна тысяча) не являются никакой “темной стороной” Рио. Просто так сложилось, что в свое время они стали очень удобной площадкой для ведения наркобизнеса, цветущего везде, где есть нужда.

Натан Матуш и Эрик Соареш – жители Павау в третьем поколении. Их дедушки строили высотки в районе Ипанемы. Как и многие рабочие, они селились на окрестных холмах, жилье возводили сами из чего придется. Натан работает служащим в банке, Эрик – в отеле на Копакабане. Их зарплата позволяет вести им достойную жизнь, не отказывать себе во многих радостях. Купить новую квартиру в другом районе они не только не могут, но и не хотят. В фавеле у них есть все удобства – интернет, телевидение, водоснабжение, канализация. Друзья и родственники. Из школы, которую они заканчивали (школу построила церковь), в бандиты подалось лишь несколько человек. Сироты либо выходцы из совсем неблагополучных семей. С ребятами из “Команду Вермелью” они общаются, но тесно не сходятся. Само наличие бандитов воспринимают как естественную часть жизни – для них это что-то вроде смены дня и ночи, обстоятельства, от которых никуда не деться. Напрягает разве что нынешнее двоевластие, чреватое перестрелками.

На бетонном футбольном поле Эрик показывает мне большой портрет улыбчивого парня. Это известный танцор Дуглас ДиДжи, который погиб от случайной пули в 2014 году – за несколько месяцев до чемпионата мира. Каким образом это произошло, следствие так и не установило. Известно, что в эту ночь была перестрелка между отрядом UPP и наркоторговцами. Возможно, Дуглас убегал от пальбы – его нашли в закоулке неподалеку от собственного дома с простреленной спиной. Дугласу было 26 лет.

– Большая часть государственного финансирования фавел уходит на полицейские нужды, – говорит Эрик. – Деньги, на которые можно было бы улучшить инфраструктуру, съедает UPP . Прошло пять лет с тех пор, как наша фавела была официально “пасифицирована”, но перестрелки продолжаются до сих пор. Люди от этого устали.

На вопрос: “При ком жилось лучше?” – мои приятели ответить затрудняются. Бандиты им не нравятся. То, как с бандитами борются, тоже не нравится. Но до 2009 года жизнь в фавеле была спокойнее – во всяком случае, действовали четкие правила.

– Лучше бы нас вообще не трогали, чем умиротворяли вот так, – добавляет Натан.

Олимпийский парк в районе Барра блестит новизной. По одну сторону дороги – современные арены, по другую – сверкающие высотки.

Но на небольшом пятачке рядом с развязкой, по которой день и ночь ездят олимпийские автобусы, стоит одинокое кирпичное строение. Его стены кричат окружающим кривыми надписями: “Мы имеем право здесь жить”, “Апартеид”, “Олимпиада нас убивает”. Выглядит символично. Все равно что весь Рио-де-Жанейро в миниатюре. Рядом с богатством и блеском молчаливый протест самых бедных.

49-летний Делто де Оливейра – последний житель фавелы Вила Аутодрому, которую почти целиком снесли при строительстве Олимпийского парка. 824 семьи расселили по разным районам Рио в рамках программы социального жилья “Мой дом, моя жизнь”. Самым удачливым достались одинаковые, похожие на тюремные бараки белые домики на прежнем месте. Но домиков таких построили всего 20. Более 800 семей разъехались кто куда.

Кадры протестов жителей Вилы Аутодрому в свое время облетели весь мир. Люди отказывались уезжать из домов, в которых они жили по 20 – 30 лет, отказывались от неоправданно маленькой, как они считали, компенсации, не позволявшей купить взамен достойное жилье. В какой-то момент полиции пришлось применить силу, а государству немного улучшить условия. Так, кнутом и пряником, удалось увещевать всех.

Кроме Делто. Он держался до последнего.

– Когда приехали бульдозеры, я просто не выходил из дома, – говорит этот высокий длинноволосый человек с библейской внешностью. – К счастью, закон не позволяет сносить здание с живым человеком внутри, а заходить ко мне домой у полиции не было никаких оснований. Я не нарушаю законов, я честный гражданин. Я просто хочу жить там, где вырос.

Делто безвылазно сидел дома несколько месяцев. Еду и все необходимое привозила дочь. Надписи на стены наносил сам, чем привлек к своей истории внимание журналистов.

– Это самый обыкновенный социальный апартеид, – говорит Делто. – Наше поселение не мешало строительству объектов, оно просто портило вид. Если государство готово ради красивого вида на один месяц разрушить сотни домов, которые стояли здесь десятки лет, – это плохое государство. Мы все тут были одной семьей. У нас росли манго, апельсины, мы держали животных. Пришла Олимпиада, и все это закончилось. Тесные коробки в самых разных концах города – вот что нам предлагают взамен.

Дом Делто давно отключили от всех коммуникаций. Несколько дней назад под непрестанным давлением властей и уговоров семьи он согласился уехать. Когда мы разговаривали, последний житель Вилы Аутодрому выносил из пустого дома последние вещи – пару ведер и сдутый мяч.

В рамках подготовки к Олимпиаде принудительно из своих домов были выселены более 22 тысяч семей. Суммарно 77 тысяч человек.

Фавелы – удивительное место. Кого-то оно пугает, кого-то привлекает зачастую мнимой экзотикой. Оба подхода – испуганный и восторженный – мало отражают реальность, ведь реальность, как всегда, сложнее. Жители фавел не склонны ни демонизировать, ни романтизировать свою среду обитания. К их сожалению, существует и третий подход, отводящий фавелам роль запретной зоны, которой как бы не существует. Но фавелы, где живет четверть населения Рио, так или иначе стали частью глобального процесса под названием Олимпиада. Процесса, который был призван дать этим сообществам новой толчок инфраструктурного развития и решить многие проблемы. Вместо этого Игры проблем только добавили.

Но удивительное дело – все, с кем я говорил, все равно рады, что в их стране пройдет Олимпиада. Любовь к спорту в конечном итоге затмевает и выселения, и полицейские рейды, и огромные затраты на безопасность. Мой приятель Эрик Соареш, который много и охотно критиковал Игры и с которым мы договорились как-нибудь поиграть в футбол, выбирая день, сразу исключил пятницу.

– Буду смотреть церемонию открытия.

Теперь я понял, откуда берется бразильский оптимизм.

Испытано на себе: опасно ли путешествовать по Бразилии в одиночку

Бразилия …. Когда мы слышим название этой страны, на ум сразу приходят: футбол, кофе, Пеле и сериалы, а ещё криминал…Виной тому всевозможные рейтинги «самых опасных стран», где для этой страны обязательно найдется строчка. «Репутацию» поддерживают и всевозможные телевизионным сюжеты, а также ролики на youtube. Но так ли страшен чёрт, как его малюют? Чтобы подтвердить или опровергнуть миф о криминальной Бразилии, корреспондент «Комсомольской правды – Тюмень » отправился в Рио-де- Жанейро , который открывает ТОП-15 самых опасных городов мира по версии Crime Index в 2018 году.

О ПЛЯЖАХ В БРАЗИЛИИ

Первое, на что обращает внимание человек, приезжающий в Рио-де-Жанейро – пляжи. Их тут великое множество, и каждый находится в своём районе: Леблоне, на Ипанеме, Копакабане, Барре -да-Тижуке, Ботафогу . Самый известный из них – Копакабана, он же самый продолжительный, самый шумный, самый туристический и… самый криминальный. Именно здесь, как сообщают путеводители, происходит основная часть краж. «Разинувшие варежку» европейские туристы, привыкшие оставлять вещи на пляжах Турции и Таиланда , остаются в буквальном смысле без штанов.

Пляж Копакабана в Рио Фото: Алексей КОСЕНЧУК

Читайте также:  Пещера Китум в Африке, загадка пещеры в Кении

Тем не менее, сам я ни разу не видел воровства на Копакабане. Туристы спокойно отдыхают, потягивают в кафешках кайпиринью (национальный алкогольный напиток из кашасы, тростникового сахара и лайма), пивко и кокосовую воду, объедаются диковинными фруктами и тапиокой (блюдо из муки молотого корня маниоки с мясной или ягодной начинкой), купаются и загорают. Другое дело – на Ипанеме. Буквально в двух метрах от меня мальчишка не велосипеде выхватывает у зазевавшейся бразильянки сумку и улепётывает в неизвестном направлении. Женщина кричит на весь район «Ladrao!» («Вор!» по- португальски ), но того и след уже простыл.

Большинство таких воришек – жители фавел, то бишь трущоб, незаконных построек, расположенных на склонах гор. Если днём худо-бедно полиция справляется с преступниками, то ночью происходит самый разгул воровства, ибо у полицейских заканчивается рабочий день. Туристам крайне не рекомендуют бродить по улицам в тёмное время суток, ибо muito perigoso (очень опасно).

Город засыпает – просыпаются фавелы Фото: Алексей КОСЕНЧУК

Муйту перигозу – не муйту, а именно ночью жизнь в Рио-де-Жанейро кипит ещё хлеще, чем днём. Бары забиты до отказа, повсюду самба и известная «Mas que nada», напитки рекой и крайне общительные бразильцы. Не стоит бояться посещать такие места ночью, но в вашей компании по возможности должен находиться местный, который сможет урегулировать разные конфликты.

Пляж в Рио-де-Жанейро.

«ГОРОД БОГА»

Фавел в Рио-де-Жанейро, о которых я говорил выше, – множество, но самая крупная из них – Rocinha (Росинья). Историю о жителях фавел красочно рассказали в знаменитом бразильском фильме «Город Бога» (2002), однако Росинья нынче – самая безопасная из всех фавел. Эта трущоба давно превратилась в туристический объект: сюда водят экскурсии, здесь можно раз в пять дешевле поесть, чем на той же Копакабане, да и после Чемпионата мира по футболу и Олимпийских игр тут стало относительно спокойно.

Вместе с гидом (в одиночку здесь ходить всё же не стоит!) мы прогулялись по этой favela, изнутри посмотрели на жизнь простых бразильцев и поняли, что бояться трущоб не надо. Её жители – простые работяги, которые, как и мы, ходят на работу, воспитывают детей, смотрят по вечерам сериалы и просто живут. Бедно. Да и гостеприимству «фавеловцев» можно только позавидовать: все здороваются, улыбаются, предлагают café и coxinha (традиционное бразильское блюдо из теста и курицы) и даже угощают путешественников… «курнуть» разок-другой. Единственное «но» – фотографировать жителей ни в коем случае нельзя. Многие из них находятся в розыске, связаны с наркотрафиком и другим криминалом. Если лицо куда -нибудь попадёт – считай, ты уже труп, а выследить они всегда смогут.

Фавелы в Рио.

БЕЗ ЦЕПОЧКИ И В СЕРОЙ ФУТБОЛКЕ

Надо сказать, что в Интернете ходит масса советов, как правильно вести себя в Рио-де-Жанейро. Снять с себя все украшения (в том числе и цепочки), носить минимум денег, одеваться максимально просто, тогда никому ты будешь не интересен.

Самое масштабное графити в мире находится в Рио-де-Жанейро Фото: Алексей КОСЕНЧУК

Всё путешествие я проходил в шортах, футболке и с рюкзаком, в котором лежали банковская карта (наличка практически не нужна, даже у торговцев сувенирами на пляже есть свой терминал для оплаты карточкой) и айфон. Паспорта – российский и загранник – лежали в закрытой тумбочке в хостеле: всё осталось в целости и сохранности. Да, телефоны воруют часто, но нужно запомнить одно простое правило: сфотографировал что-то – тут же убрал, то же самое касается фотоаппаратов, планшетов и другой техники.

Ботанический сад в Рио-де-Жанейро Фото: Алексей КОСЕНЧУК

Туристические места – такие, как Статуя Христа, и Сахарная голова – безопасны полностью. Вместе со мной там «тусовались» точно такие же путешественники, как и я, поэтому о грабежах и воровстве там можно забыть напрочь.

Возле Статуи Христа Искупителя Фото: Алексей КОСЕНЧУК

Вид с Pao de Acucar (Сахарная голова) Фото: Алексей КОСЕНЧУК

Другое дело – центр города. Народу здесь – как сельди в бочке, а на тротуарах мирно посапывают бомжи. Делайте «морду кирпичом», не обращайте на них никакого внимания, не весьте перед собой рюкзак (так вы ещё больше доказываете то, что у вас там что-то ценное) и никто не пристанет.

Кладбище Святого Иоанна Крестителя в Рио-де-Жанейро Фото: Алексей КОСЕНЧУК

У Статуи Христа.

БРАЗИЛЬСКИЙ «БОМЖЕГРАД»

Чуть иначе дело обстоит с городом Сан-Паулу – главным деловым центром Бразилии. Именно в этом городе крутятся самые большие деньги, стоят сотни небоскрёбов и валяются тысячи бомжей. В Сан-Паулу находиться просто омерзительно, особенно если речь идёт о центре города. Прямо у монументального собора в стиле «неоготика» нашли пристанище сотни людей без крова. Они здесь спят, ходят по нужде, ждут бесплатной еды от волонтёров и пристают к туристам.

Один из таких « дружков » привязался и ко мне: «Дай денег!», хоть ты тресни! Были бы у меня наличные – может, и дал бы. Но их у меня с собой не было, что очень разозлило местного бомжа. Я развернулся, дошёл до соседнего квартала, однако бомж шёл за мной всю дорогу. Догнав меня, он схватил за петельку рюкзака и пытался стащить его с моей спины. Честно – страха никакого не было. На португальском я отправил бомжа далеко и надолго, что его, конечно, смутило. Вывод: не бойтесь защищать свои вещи, если видите, что вор безоружный. В противном случае, лучше расстаться с вещами, чем с жизнью.

Именно Сан-Паулу оставил после себя крайне негативное впечатление. Мало того, что сам по себе cidade серый и дождливый, грязь и бомжи делают его ещё менее привлекательным для путешествия.

ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ ДЖУНГЛЕЙ!

Ещё одно популярное место для туристов – город Фоз-ду-Игуасу, который находится на границе с Аргентиной и Парагваем . В самом городе смотреть совершенно нечего, но туристы едут сюда со всего мира, чтобы своими глазами увидеть одно из семи природных чудес света – водопады Игуасу.

Это комплекс из 275 водопадов, которые делят между собой Бразилия и Аргентина. Великолепные пейзажи, бесподобные панорамы и много-много-много-много воды!

Водопады в Национальном парке Игуасу Фото: Алексей КОСЕНЧУК

Располагаются водопады на территории национального парка «Игуасу», вход – 70 реалов (1200 рублей) для иностранцев, для бразильцев и жителей Латинской Америки – чуть меньше. На кассе даже спрашивают, из какой ты страны, и вбивают ее прямо в билете. Впоследствии сотрудники парка высчитывают, сколько человек из той или иной страны побывало у них в гостях.

“Глотка дьявола” на аргентинской стороне Игуасу Фото: Алексей КОСЕНЧУК

А ещё здесь обитают милейшие существа – коати (или попросту носухи), близкие родственники енотов. Забавные животные, которые не боятся туристов, выходят к людям, чтобы отобрать какую-нибудь очередную вкусняшку. Лично я не справился со взглядом этих существ и подарил им только что купленное мороженое, которое они с жадностью проглотили всем семейством.

В парке и самом городе – безопасность выше всяких похвал. Единственное, чего нужно остерегаться – джунглей. Как с бразильской, так и с аргентинской стороны парк Игуасу окружён сельвой, а где сельва – там и дикие животные. По всему парку расклеены объявления о том, что туристы должны быть осторожны и не лезть дальше асфальтированных дорог. Даже деревья здесь обклеены специальной предупредительной лентой: «Perigoso!». Но есть и вполне безопасный Парк птиц, где можно встретить очаровательных попугаев.

Попугай в парке птиц в Фоз-ду-Игуасу Фото: Алексей КОСЕНЧУК

ЧТО В ИТОГЕ?

Мои сборы в Бразилию можно было сравнить со сборами на войну: там ограбят, здесь убьют, тут обманут, а после продадут на органы. В реальной жизни картина оказалась совершенно противоположной: люди вас встретят всегда с улыбкой, помогут и подскажут, угостят чем-нибудь вкусным и просто поинтересуются вашей жизнью в России . А преступность… где её нет? Езжайте в Бразилию, соблюдайте правила безопасности, и будет вам счастье, какое выпало мне.

КСТАТИ

– Россиянин в Бразилии – гость редкий, а из Сибири и подавно. Главный вопрос, который интересует бразильца: «Как вы выживаете в вечной мерзлоте?», на что в очередной раз приходится доказывать, что и в России существует лето. Ещё одно разочарование постигает бразильцев после того, как они узнают, что фразу «На здоровье!» в России не говорят.

– Бразильцы – огромные поклонники русской литературы. В книжных магазинах местные классики могут быть задвинуты на самую нижнюю полку, зато для Достоевского , Толстого , Гоголя и Булгакова предоставляют самое «козырное» место, причём для разных изданий сразу.

– В реальной жизни бразильские женщины – очень полные, а их знаменитые попы – результат хорошей работы пластических хирургов.

Фавелы Рио-де-Жанейро

Подростки из трущоб работают охранниками, наблюдателями и дистрибьюторами у наркобаронов всего в нескольких километрах от места, куда скоро приедут сотни тысяч туристов на Олимпийские игры

AP / Felipe Dana

В последнее время перестрелки между наркоторговцами и полицейскими происходят почти ежедневно “>

Полиция во время спецоперации в трущобах Алемао.
В последнее время перестрелки между наркоторговцами и полицейскими происходят почти ежедневно

AP / Felipe Dana

В преддверии летней Олимпиады полицейские пытались взять под контроль ситуацию в трущобах города, но пока их действия не приводят к большим успехам “>

Полицейские возле трупа молодого мужчины в пригороде Рио-де-Жанейро.
В преддверии летней Олимпиады полицейские пытались взять под контроль ситуацию в трущобах города, но пока их действия не приводят к большим успехам

AP / Felipe Dana

Молодые наркоторговцы с оружием в руках позируют для фотографии

AP / Felipe Dana

Незадолго перед Олимпиадой в трущобах Рио обострилась борьба местных банд, и число убийств постоянно растет “>

Убитый у дома в пригороде Рио-де-Жанейро. По версии полиции убийство было связано с борьбой банд за контроль над районом.
Незадолго перед Олимпиадой в трущобах Рио обострилась борьба местных банд, и число убийств постоянно растет

AP / Felipe Dana

Пастор Нилтон радуется вместе с прихожанами своей церкви, узнав, что местные жители разрешили провести ему молебен в их дворе. В прошлом Нилтон занимался наркоторговлей, но теперь посвятил всю свою жизнь попыткам перевоспитать молодежь, работающую на наркоторговцев

AP / Felipe Dana

Пастор Нилтон (в центре) благословляет двух молодых наркоторговцев

AP / Felipe Dana

Полицейские осматривают тело убитого

AP / Felipe Dana

Работающие на наркобаронов подростки

AP / Felipe Dana

Фавелы, расположенные вблизи богатых районов Рио

AP / Felipe Dana

Сотрудник полиции во время операции против наркоторговцев в трущобах Рио-де-Жанейро

AP / Felipe Dana

Полиция на месте убийства Ага Лопеса Пиньейру — кандидата в депутаты местного муниципального совета, который вместе со своей подругой был застрелен неизвестными в баре. Лопес стал 11-м политиком, убитым в районе Рио с ноября прошлого года

AP / Felipe Dana

По данным полиции, чаще всего жертвами борьбы за власть между бандами становятся молодые чернокожие мужчины”>

Тело подростка, убитого за то что он зашел в район, контролируемый другой бандой.
По данным полиции, чаще всего жертвами борьбы за власть между бандами становятся молодые чернокожие мужчины

AP / Felipe Dana

Полицейские патрулируют улицы фавел в Рио

AP / Felipe Dana

Молодой наркоторговец с оружием в руках позирует для фотографии

AP / Felipe Dana

В последнее время перестрелки между наркоторговцами и полицейскими происходят почти ежедневно “>

В преддверии летней Олимпиады полицейские пытались взять под контроль ситуацию в трущобах города, но пока их действия не приводят к большим успехам “>

Незадолго перед Олимпиадой в трущобах Рио обострилась борьба местных банд, и число убийств постоянно растет “>

По данным полиции, чаще всего жертвами борьбы за власть между бандами становятся молодые чернокожие мужчины”>

Подростки из трущоб работают охранниками, наблюдателями и дистрибьюторами у наркобаронов всего в нескольких километрах от места, куда скоро приедут сотни тысяч туристов на Олимпийские игры

AP / Felipe Dana

Полиция во время спецоперации в трущобах Алемао.
В последнее время перестрелки между наркоторговцами и полицейскими происходят почти ежедневно

AP / Felipe Dana

Полицейские возле трупа молодого мужчины в пригороде Рио-де-Жанейро.
В преддверии летней Олимпиады полицейские пытались взять под контроль ситуацию в трущобах города, но пока их действия не приводят к большим успехам

AP / Felipe Dana

Молодые наркоторговцы с оружием в руках позируют для фотографии

AP / Felipe Dana

Убитый у дома в пригороде Рио-де-Жанейро. По версии полиции убийство было связано с борьбой банд за контроль над районом.
Незадолго перед Олимпиадой в трущобах Рио обострилась борьба местных банд, и число убийств постоянно растет

AP / Felipe Dana

Пастор Нилтон радуется вместе с прихожанами своей церкви, узнав, что местные жители разрешили провести ему молебен в их дворе. В прошлом Нилтон занимался наркоторговлей, но теперь посвятил всю свою жизнь попыткам перевоспитать молодежь, работающую на наркоторговцев

Читайте также:  Плантации перца Хутуонг во Вьетнаме

AP / Felipe Dana

Пастор Нилтон (в центре) благословляет двух молодых наркоторговцев

AP / Felipe Dana

Полицейские осматривают тело убитого

AP / Felipe Dana

Работающие на наркобаронов подростки

AP / Felipe Dana

Фавелы, расположенные вблизи богатых районов Рио

AP / Felipe Dana

Сотрудник полиции во время операции против наркоторговцев в трущобах Рио-де-Жанейро

AP / Felipe Dana

Полиция на месте убийства Ага Лопеса Пиньейру — кандидата в депутаты местного муниципального совета, который вместе со своей подругой был застрелен неизвестными в баре. Лопес стал 11-м политиком, убитым в районе Рио с ноября прошлого года

AP / Felipe Dana

Тело подростка, убитого за то что он зашел в район, контролируемый другой бандой.
По данным полиции, чаще всего жертвами борьбы за власть между бандами становятся молодые чернокожие мужчины

AP / Felipe Dana

Полицейские патрулируют улицы фавел в Рио

AP / Felipe Dana

Молодой наркоторговец с оружием в руках позирует для фотографии

Страх и ненависть в фавелах Рио-де-Жанейро

– Не расплачивайся карточкой ни в одном магазине – у тебя ее отсканируют, скопируют и снимут все имеющиеся на ней деньги. Даже в банкоматах пользуйся ей с осторожностью – в них тоже установлены эти, как их… скиммеры, скаммеры… В общем, копирующие устройства. И ни за что не вздумай платить в duty-free при выезде из страны. Они только этого и ждут. Пока ты будешь лететь, твою карточку полностью обнулят, – распинался мой босс, сидя за своим дубовым столом.

– И никаких но. На улице не доставай ни фотоаппарат, ни телефон. Все носи в рюкзаке, держи его постоянно на виду – там очень любят резать рюкзаки так, что ты этого даже не заметишь. Кошелек и телефон носи в передних карманах, чтобы не украли. Не разговаривай с таксистами и, когда отдаешь деньги, произноси сумму, которую даешь, чтобы они потом не могли сказать, что ты дал 5 реалов вместо 50-ти. И ни за что, ни при каких обстоятельствах, как бы тебя ни уговаривали, даже на пушечный выстрел не приближайся к фавелам.

– И еще раз – никаких но! Там таких как ты в день человек по сто убивают и только потом смотрят, что у тебя в карманах. 5 долларов, или 500 – им все равно. В фавелах человеческая жизнь ничего не стоит. Так что, сразу составь карту фавел, которые будут в твоем районе, чтобы знать, от каких мест стоит держаться подальше.

Примерно так начиналась моя поездка в Бразилию на чемпионат мира 2014 года. Страх. Именно он. Ледяной, подлый засранец пытался сковать меня еще до того, как самолет взмыл ввысь. Указания давали все кому не лень. Казалось, что мужчина, проходящий мимо по улице, узнай, что я лечу в Бразилию, тут же принялся бы отговаривать меня, уверяя, что по Копакабане толпами бегают хищные крокодилы и перекусывают пополам любого зазевавшегося туриста.

Но самый пронзительный ужас у всех вызывали фавелы. Такие фильмы, как «Город Бога» и «Элитный отряд» в купе с дебильными псевдодокументальными передачами на BBC, Geographic Channel, National Geography Channel и истерика российских СМИ вокруг бразильских трущоб, сделали свое дело. Россияне до усрачки боялись одного только слова фавелы. Я же начинал обретать понимание того, где во время ЧМ-2014 в Бразилии будет веселее всего.

Отменив бронь в трехзвездочном отеле на набережной Ипанемы, оплаченный щедрым изданием, я через сервис airbnb быстренько нашел себе халабуду поприятнее в одной из фавел Рио-де-Жанейро.

– Здесь, на юге Рио, все фавелы примерно одинаковые, – рассказывал мне Луис – арендодатель, у которого удалось снять на три недели отличную комнату с бесплатным интернетом, распространяемым практически на всю фавелу, плазменным телевизором и неограниченным доступам к спутниковым телеканалам, включая каналы высокой четкости, спортивные каналы и каналы, транслирующие отличное порно – как раз то, что было нужно для успешного освещения чемпионата мира по футболу. – Наша Санта-Марта ничем не отличается от других. Она не дружелюбнее и не опаснее, чем остальные. Просто она известнее, благодаря клипу Майкла Джексона, и все. А в северные фавелы я бы и сам соваться не стал.

Причем рекомендация не соваться в северные фавелы исходила от Луиса не из-за того, что меня там пристрелят, а потом изнасилуют мой хладный труп за 5 долларов и пятый айфон, которым я без сомнения освещал бы свой путь после неожиданного для европейского человека захода солнца в 18:00 по местному времени.

– В фавелах ценят человеческую жизнь и никого не станут убивать просто так. Если кому-то приглянется твой телефон, у тебя его либо отнимут, либо ты его сможешь не отдать. Но пускать тебе нож в сердце никто не станет. Погибнуть там можно, только попав в случайную перестрелку с копами, которые пытаются к Олимпиаде 2016 года зачистить все фавелы города от наркодилеров. Картели ведут с копами полномасштабную войну. Перестрелки случаются каждый день. И, если в фавеле находят труп, а он не принадлежит ни наркодилерам, ни полицейским, значит это – случайная жертва, попавшая под перекрестный огонь, оказавшаяся не в том месте и не в то время.

Отверстия в стене – от пуль во время войны полиции с наркомафией

Ненависть

Та фавела, в которой предстояло обитать мне, считалась уже зачищенной. От наркодилеров, от наркотиков… но не от всех.

– Это за счет заведения, – улыбался Луис, протягивая отличный косяк. – У нас тут этого завались. В принципе, как и в любой европейской столице, не так ли?

Сложно было не согласиться, особенно после десятичасовой пересадке в Лондоне. В столице Великобритании в субботний вечер я вышел не в город, а в полнейший хаос, пропахший марихуаной, как джинсы малолетки пахнут сигаретами после ночной тусовки в каком-нибудь столичном клубе. До вступления в силу закона о курении, несомненно. Создавалось впечатление, что густые полосы дыма травы в Лондоне сейчас сформируются в две огромные ладони. Одна даст мне по затылку затрещину, отправив в нокдаун, а вторая подхватит и нежно пронесет по улочкам Сохо.

В фавеле марихуаны было намного меньше, о чем я и не преминул сообщить. Он было расстроился, проиграв заочное соперничество столице Англии, но потом воспрял духом – не так и плохи фавелы, как их рисуют.

Да, не так и плохи, понял я, раскурив с местным трубку мира. Все это время мы смотрели, как Бразилия безуспешно пытается вскрыть оборону Хорватии в матче-открытии чемпионата мира.

Ненависть

На следующий день, когда было не так темно и вероятность заплутать в бесконечном лабиринте узеньких улочек фавелы с резкими спусками и подъемами, была минимальной, я отправился на самый верх трущоб, чтобы увидеть, где и как они начинались. Из моего окна и так открывался потрясающий вид на Рио – самый лучший, как сказал Луис. Но с тем, что каждый день видят жители самых верхних хибар, это, конечно, не сравнить.

Правда, сейчас все дома и их фундаменты в высшей точке фавелы испещрены многочисленными надписями на португальском – местные жители из последних сил борются с властями города, мечтающими выселить тех, кто живет повыше, чтобы построить здесь отель. Можно было бы построить и так – рядом. Но богатые не хотят соседствовать с бедными.

– Они нас ненавидят, мы их тоже. Мы мирные люди, но мы готовы драться за свой дом, хоть с государством, хоть с полицией, хоть с армией – не имеет никакого значения, – срываясь почти на крик сказал Орландо – местный житель, выводивший очередную надпись против загребущего правительства.

Ненавидят в фавеле и ФИФА, и чемпионат мира. Нет, ни в коем случае не футбол. В футбол здесь играют на крышах домов, на узких лестницах, на небольших площадях. В футбол здесь играют и парни и девчонки. Кажется еще чуть-чуть и в обводку пустится лежащий по соседству пес. Ненавидят здесь именно чемпионат мира и именно ФИФА.

– Что ты от меня хочешь? – удивленно уставился я на парня, который вроде одобрительно похлопал меня по плечу, проходя мимо.

– У тебя на рюкзаке наклейка FIFA go home, – объяснил он. – Мне приятно, что иностранцы тоже не любят ФИФА.

Наклейку я содрал с какой-то стены в центре города, оставшуюся после одной из многих демонстраций протеста против Мундиаля в Бразилии.

– Нам обещали построить новые дома с хорошей канализацией, газом и электричеством. Но потом Бразилия получила чемпионат мира, а потом и Олимпиаду. Те компании, которые должны были строить дома, стали подрядчиками при строительстве стадионов и всякой другой хрени к чемпионату мира. Никто не сказал, что эти факты связаны напрямую, но нам сказали, что с домами придется подождать. Но мы же не совсем дебилы, чтобы не понять, что кроется за задержкой.

– Ты был на демонстрации?

– Люди из фавел не пропускаю ни одной манифестации. Не мы являемся организаторами – для этого нужны деньги. Но мы всегда ходим протестовать. Мы должны стоять за себя. После того, как не стало «королей», за нас перед государством, перед страной, никто не заступится.

– Она через два года. И к ней будет новое строительство, будут новые траты, Лула, наш президент, станет еще богаче, а мы будем жить еще хуже. То, что происходит сегодня – только начало. Надеюсь, что Олимпиаду отменят.

– Но в фавелах есть свет, есть вода, есть газ, есть даже бесплатный интернет и телевиденье за копейки. У вас лучший в городе вид и вы практически ничего, по сравнению с жителями центра, не платите ни за коммунальные услуги, ни за аренду, ни за что. Те, кто живут наверху, которым уже сегодня предлагают новые дома, отказываются и зубами держатся за свои шалаши.

– Газ? Свет? Вода? Ты здесь давно? Все это бывает хорошо, если несколько часов в сутки. С приближением Мундиаля перебои стали чаще. Да и тех, кто отдаст все, чтобы остаться жить в фавеле – меньшинство. В основном это старики, которые не переживут перемен – они ничего кроме этой жизни не видели, не знают и не хотят. Они еще уверены, что государство обязательно их обманет, как это обычно бывает, и просто поселит в таких же убогих шалашах, как и сейчас, просто в другой район фавелы.

Парня звали Густаво. Он родился и вырос в фавеле, но работает в городе – курьером в одной из западных компаний – респектабельная работа для человека без образования, живущего в трущобах.

В остальном жизнь в фавеле напоминала реалии обычного российского двора 90-х годов где-нибудь в глубинке, помноженные на особенности местного менталитета и бразильский ландшафт. На улицах полно детей, которых дома не держит компьютер и почти бесконечное количество каналов с мультиками. Мамаши, развешивающие постиранное белье на веревках, растянутых, как придется, следят, чтобы мяч не оставил грязных следов на их одеждах. Кошки, не пойми какие, то ли домашние, то ли бесхозные. То же самое и с собаками. Зато все живут дружно, знают друг друга по именам, помогают друг другу.

Вон хозяин кирпичной халабуды, которую даже не стали отделывать снаружи, так, что кирпичи все посчитать можно, вместе с соседскими мужиками пристраивает к своему жилищу уже третий этаж. Это будет мансарда. Такие есть на некоторых домах, хозяевам которых удалось на какой-то из крупных строек разжиться кирпичами и цементом. Все помогают, потому что знают – как только достроится третий этаж, хозяин будет устраивать по выходным праздники с барбекю, музыкой и выпивкой, которую принесут уже гости – все равно, что всем двором чинить сломанный запорожец дяди Вовы, который потом будет возить твоих детей на озеро.

По соседству с этим «замком» по местным меркам, опираясь на две уже согнувшиеся, из гнилого дерева, ноги, стоит настоящий шалаш. Рядом с ним – дыра, а на внешней его стене висит коряво нарисованная картина, намекая, что когда-то эта стена была внутренней – для другого такого же шалаша. Эти деревянные дома, и такие же строили на протяжении пятидесяти лет с того момента, как в Бразилии отменили рабство. Сейчас строят основательнее, но в старых развалинах доживают свой век такие же старые их обитатели. Нескольких из них совсем недавно, после обильного тропического дождя, смыло потоком. Соседи не боятся умереть. Они боятся переезжать.

Еще несколько шагов, поворот за угол и перед тобой уже статуя майкла Джексона. Ее не разрисовали, не украли на металлолом, не отрезали пальцы, не увешали стиранной одеждой. Это здесь – достопримечательность. Благодаря ей местные художники продают свое творчество заблудшим туристам.

Ссылка на основную публикацию